П. Павловский – Элегия. Композиция спектакля ЦТСА
Альбом: 1 пластинка
Размер: 12" (гигант)
Запись: г.
Тип записи: стерео
Оборотов в мин.: 33
Состояние (диск/конверт): очень хорошее / очень хорошее
Производство: Россия
Фирма: Мелодия
Тургенев — А. Попов
Савина — Л. Касаткина
Жизнь великих художников прошлого нередко становится источником вдохновения для художников нынешних, вызывая живейший интерес современных читателей и зрителей. Этот интерес неизменно связан с внутренней потребностью глубже проникнуть в творчество прославленного художника, понять его истоки, его мотивы, тем самым приблизить к сегодняшнему восприятию.
О жизни Ивана Сергеевича Тургенева мы знаем многое, знаем из его писем, из воспоминаний современников. Однако и до сегодняшнего дня все еще публикуются неизвестные прежде страницы богатейшего эпистолярного наследия писателя (находящегося в архиве французской певицы Полины Виардо). Вот совсем недавно впервые были опубликованы ранее неизвестные письма Тургенева к дочери Виардо — Клоди.
...Март 1879 года. Петербург триумфально чествует великого русского писателя, недавно приехавшего из Франции в Россию.
«В этом году мне явно везет как литератору, — писал Тургенев своей любимице Клоди. — Здесь меня превозносят до небес... Сегодня вечером студенты Университета сделали мне невероятную овацию, с криками «ура», с бросанием шапок вверх, с ошеломляющим спичем, с лавровым венком, таким большим, что сквозь него может прыгать цирковая наездница, с двадцатикратными вызовами, с поцелуями и рукопожатиями...». Среди других подобных сообщений, как бы в скобках, читаем о событии, на самом деле весьма для Тургенева существенном: «...Сейчас я ошеломлен — и так много дела (я читаю еще сегодня вечером (речь идет о чтении пьесы «Провинциалка» — Вл. Блок) с очень красивой актрисой по имени Мария Савина — я привезу тебе ее фотографию...»).
Мария Гавриловна Савина, судя по фотографиям и воспоминаниям, не была очень красивой. Чрезвычайно привлекательной ее делали обаятельная манера общения; своеобразный и наблюдательный ум, пленительная женственность и, конечно же, прежде всего замечательный артистический талант. И все же молодая актриса виделась Тургеневу очень красивой. Кажется знаменательным, что нежная и чуткая влюбленность Тургенева возникла именно в те дни, когда писатель переживал горячее признание своих заслуг перед отечественной культурой.
Столько лет проживший за границей, Тургенев не-самого себя всей душой потянулся к прекрасному вольно подводил итоги прожитому. Неожиданно для русскому созданию, и потом три года, почти до самой смерти, отдавал этому искреннему чувству многие часы вдохновенья, сердечных сомнений, тревожных ожиданий... Разумеется, Тургенев сознавал запоздалость своей любви, — даже самые пылкие его признания окрашены элегической грустью, и все же письма к Савиной наполнены порывами благодарности за счастье испытать молодую восторженность перед обаянием замечательной женщины, натуры яркой, одаренной.
Для Савиной дружба с Тургеневым стала важнейшим этапом в ее жизни. На нее, безусловно, оказывали большое влияние его мудрость, благородство, органически присущее ему свойство поэтически осмысливать жизненные впечатления. Но была ли это любовь? Ответить на этот вопрос почти невозможно. Письма Тургенева к Савиной опубликованы, и едва ли не каждое из них — изящное литературное произведение, окрашенное то упоенно-лирической, то драматической интонацией, то насмешливостью над самим собой. Ответные послания Савиной остались в архиве Полины Виардо, и сегодня нельзя сказать, не утеряны ли они безвозвратно.
Когда писатель П. Павловский предпринял попытку художественно воспроизвести в драматургическом изложении историю взаимоотношений двух выдающихся деятелей русской культуры, перед ним возникли немалые трудности: одних эпистолярных монологов Тургенева явно недостаточно для последовательного движения сценического действия. Откуда же «взять» реплики Савиной, как выяснить и донести до зрителей ее драматическую позицию? На помощь были призваны автобиография актрисы, оборванная, впрочем, за два года до встречи с Тургеневым, ее позднейшие краткие воспоминания о нем, а также мемуары современников и... некоторые догадки, которые, однако, не спорят с исторической правдой.
Драматургическое произведение, названное «Элегией», было поставлено в Центральном театре Советской Армии режиссером Михаилом Буткевичем, В спектакле приняли участие замечательные- актеры Андрей Попов и Людмила Касаткина.
На пластинке записана композиция по спектаклю. В нее вошла не вся «Элегия». Нет, например, эпизодов чтения комедии «Провинциалка», того самого, о котором упоминал Тургенев в письме к юной Клоди и которое, очевидно, немало способствовало возникновению особого взаимопонимания между двумя художниками — слова и сцены. Но большинство картин спектакля в композиции сохранено.
Вы услышите голоса Андрея Попова и Людмилы Касаткиной, а ваше воображение представит знакомые по портретам облики пожилого Тургенева и молодой Савиной.
Знаменитый писатель приходит в артистическую уборную восходящей «звезды» Петербургского Александринского театра, чтобы поздравить ее с восхитительным исполнением роли Верочки в спектакле «Месяц в деревне». Пусть возникнет перед вашим мысленным взором, — как перед зрителями постановки ЦТСА, — седовласый высокий мужчина с благородной внешностью и пытливым взглядом, его легкая, отнюдь не старческая походка, его элегантная и вместе с тем воодушевленная жестикуляция... И смятение очаровательной женщины, окрыленной успехом от только что сыгранной роли и все-таки робеющей перед неожиданным визитом знаменитого автора. Однако после первых минут неловкости, — такова уж природа подлинного, а не показного величия души, — разговор между собеседниками становится непринужденным и безыскусным, словно знакомы они уже много лет...
Потом, чем больше эти отношения развиваются, тем они становятся драматичнее, особенно для стареющего Тургенева. Андрей Попов открывает зрителям контрасты чувств, и среди них такие, что при всей своей противоречивости пробуждают в писателе поэтическое вдохновение, претворяются в просветленные глубокой искренностью светлые образы. Поэтому подчас грустная интонация сменяется у Тургенева-Попова доброй улыбкой, драматическая ситуация вызывает нежданно иронический жест... Артисты стремятся во всех эпизодах спектакля оставаться верными направленности, стилю тургеневского творчества, и это им удается.
Вл. Блок
